китайский язык, ТРАДИЦИОННОЕ УШУ  

ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЕ УСЛУГИ В НИЖНЕМ НОВГОРОДЕ И ПО ВСЕМУ МИРУ

Красное отгоняет зло

На Новый год китайцы едят пельмени, пьют 50-градусную водку и жгут деньги

У россиян стало модно отмечать нетрадиционные для нашей страны праздники: католическое Рождество, День всех святых, День всех влюбленных… Мало того, что у нас есть два “своих” Новых года – обычный и Старый,

в последние годы в Россию перекочевал еще и китайский. Считается, что именно его наступление, которое в этом году выпадает на 14 февраля, “гарантирует” приход символического животного – покровителя года, а потому встреча китайского Нового года имеет особое значение для почитателей восточного гороскопа.

Но каждый праздник, имея красочную и яркую форму, несет в себе определенное содержание, понимание которого порой гораздо важнее внешней оболочки. В случае
с китайским Новым годом речь идет о древнейшей традиции, которая насчитывает не одну тысячу лет.

Дороги в вытрезвитель нет

Обычай празднования китайского Нового года связывают с древней легендой. В лесистых горах Китая жило чудище Нянь, которое приходило в последний день старого года по лунному календарю (в Китае Новый год приурочен к зимнему новолунию по завершении полного лунного цикла, состоявшемуся после зимнего солнцестояния. Это один из дней между 21 января и 21 февраля) и пожирало людей и скот. Дождавшись этого дня, люди, собравшись вместе семьями, закрылись в домах и сидели, питаясь заранее заготовленной едой, которая могла стать их последней пищей, вознося молитвы предкам о защите и покровительстве. Спустившееся с гор чудище поняло, что поживиться ему не удастся, и с первыми петухами убралось назад, несолоно хлебавши. Утром люди вышли из домов и стали ходить друг к другу в гости, рассказывая о том, как они пережили ночь. Из этого родился обычай “новогодних визитов”. Но селяне не избавились от чудища, которое так и приходило к ним каждый год в один и тот же день. Тогда к ним на помощь явился Бог звезды Цзы Вэй и сказал, что чудище боится красного цвета, огня и громкого шума. С тех пор при встрече Нового года китайцы стараются иметь в своей одежде (желательно новой) что-то красное, вывешивают красные фонари на домах, поют песни, бьют в гонги и барабаны. Сначала, чтобы произвести побольше шума, они жгли сухой бамбук, издающий громкие хлопки при сгорании, а потом стали взрывать петарды и фейерверки.

– Что касается праздничного стола, – рассказывает нижегородский китаевед Алексей Савин (интервью с ним опубликовано в № 5 “МК в НН”), – китайцы очень любят вкусно поесть и хорошо выпить, но напиваться и “падать тарелкой в салат” они считают ниже своего достоинства. И, напротив, если человек смог много выпить и “сохранить лицо”, это считается признаком внутренней силы и доблести. У них даже существует так называемая проверка на алкоголь. Так, например, гостю приходится пить с каждым по очереди, и тут надо помнить такое правило: если не можешь, лучше не пей, а вежливо откажись. Порой они могут мешать напитки: водку, пиво, вино, но при этом в Китае нет вытрезвителей и, как правило, пьяных на улице. Традиционный алкогольный напиток у них – китайская водка, она гонится из гаоляна, часто с другими добавками, при этом средняя крепость не менее 50 градусов, есть даже 60 и 70 градусов. Русские считают китайскую водку вонючей, у китайцев же, наоборот, чем пахучее напиток, тем он ценнее.

Бывший “скорпионовод”

Но одно дело – праздновать свой самый главный праздник в году на родине, где китайцы могут жечь красные фонари, громко шуметь, “отгоняя чудище Нянь”, и совсем другое – отмечать свой Новый год вдали от отчего дома. Ведь у китайцев существуют обязательные новогодние ритуалы. Например, у каждой семьи есть свой Бог очага, который в канун Нового года вылетает на небо с “докладом” о том, как подопечная ему семья провела год. Китайцы же стараются задобрить бога, ради чего жгут благовония и ставят жертвенную еду в специально отведенных помещениях – алтарнях, где в праздничные дни курятся благовония, горят свечи, висят таблички с именами предков.

Кроме того, сжигаются жертвенные деньги, отправляясь, таким образом, на небо родственникам, ушедшим из этого мира. Традиционно китайцы празднуют Новый год две недели – вплоть до Праздника фонарей на 15-й день первого лунного месяца (хотя современные ритмы жизни позволяют китайцам официально отдыхать только неделю).

Это время, когда люди, уехавшие в другие города, возвращаются в родные пенаты, обходят всех родственников и друзей в порядке убывания значимости их связей. В преддверии китайского Нового года корреспондент “МК в НН” решила побеседовать с китайцами, живущими в Нижнем Новгороде. Алексей Савин согласился выступить переводчиком.

Ли Син живет в Нижнем Новгороде второй год, работает в Китайском Центре здоровья. Когда-то у себя на родине Ли Син даже занимался разведением скорпионов – жареные во фритюре эти насекомые считаются деликатесом у китайцев, кроме того, они содержат особые вещества, которые обладают лечебными свойствами. В Нижний Ли Син приехал по приглашению, и, по его словам, не только из экономических соображений.

– Мне хотелось своими глазами посмотреть, – говорит Ли Син, – как живут соседи нашей страны, каковы их традиции и культура. Кроме того, Нижний Новгород известен как промышленная база, которая внесла огромный вклад в развитие обороноспособности страны в годы Великой Отечественной войны, в которой Советский Союз и Китай были союзниками.

Другой специалист Китайского Центра здоровья Янь Сянлун живет и работает в нашем городе уже пять лет:

– Китай и СССР в 40-е – 50-е годы были хорошими друзьями, – говорит он, – СССР был для нас “старшим братом”, и мы помним всё хорошее, что ваша страна сделала для нас. В России нам тоже живется неплохо – мы чувствуем заботу и поддержку со стороны наших русских друзей.

Все в сборе – живые и мертвые

Поначалу непривычно было находиться среди тех, чьи внешность и язык столь отличаются от твоих. Со временем Ли Син и Янь Сянлун привыкли, и даже незнание языка не мешает им полноценно жить в чужом городе. И в самом деле, для общения в магазине достаточно жестов, а на работе – собратья-китайцы. В Нижнем нет так называемых “китайских кварталов”, китайцы вполне уживаются с русскими соседями.

Любимое блюдо домашней кухни – жареные овощи, которые они употребляют с мясом или рыбой. Единственная проблема – не во всех нижегородских магазинах можно купить отдельные виды приправ, да и традиционный для китайцев соевый соус, продающийся у нас, не совсем соответствует тому, который делают в Поднебесной. Кстати, рис в питании не является абсолютной величиной, как мы привыкли думать, – этот продукт в большей степени традиционно характерен для южных районов Китая. На северо-востоке, откуда приехали Ли Син и Янь Сянлун, чаще употребляемым в пищу продуктом является пресный хлеб. Здесь они пекут его сами.

– Меня также удивляет, как русские пьют чай, – говорит Ли Син. – Со сладостями, бутербродами… Мы, китайцы, никогда не совмещаем этот напиток с чем-то еще.
Встречая традиционный для его народа Новый год вдали от родины, китайцы стараются по максимуму приблизить празднование к китайским обычаям. Во-первых, на стол обязательно выставляется новогоднее блюдо – сделанные своими руками пельмени с начинкой из мяса и овощей, рыба, курица, приглашаются гости – китайские или русские друзья. Здесь у них нет возможности выполнить один из главных обрядов – обойти всех родственников и знакомых, но эта проблема решается с помощью телефона – любой китаец, живущий в другой стране, в канун праздника Весны обзванивает своих близких.

– Конечно, здесь мы не имеем возможности соблюсти традиции, связанные с почитанием предков, – говорит Ли Син, – так как нам не позволяют это сделать стесненные условия – нет алтарни, отсутствие своего жилья не позволяет вывесить красные фонари, а положение гостей в чужой стране – хлопать в хлопушки и издавать громкие звуки. Но мы обязательно делаем таблички из красной бумаги, на которых пишем: “Место принесения жертвы трем поколениям предков семьи …”. Таблички вывешиваются на стену над каким-нибудь столиком, на котором ставятся чашки с нехитрой трапезой и благовония, и считается, что умершие предки незримо присутствуют на празднике, деля трапезу с живыми.

– Нас, китайцев, здесь не так уж и много, – поддерживает его Янь Салун, – наши семьи дома, поэтому почувствовать всё торжество момента для нас здесь сложно. Но все-таки, благодаря теплому отношению к нам россиян, мы часто чувствуем себя здесь, как дома.
Несмотря на проявление интереса к традициям Китая со стороны россиян, сами китайцы вынуждены были признать, что русские не всегда понимают смысл китайского Нового года, встреча которого значит для жителей Поднебесной куда больше, чем может показаться с первого взгляда. Уже тысячи лет праздник Весны символизирует обновление, наступление нового жизненного цикла. Но стоит сказать о том, что не только китайская культура проникает в Европу, идет и обратный процесс. Многие современные китайцы сейчас празднуют не только общепринятый Новый год 1 января, но и католическое Рождество с наряженной елкой.

материал: Оксана Ольшанская

"Московский комсомолец - Нижний Новгород" от 10 февраля 2010 г.

Комментарии А.В. Савина:

Подпись к фотографии журналисты сделали неправильно, проявив изрядную долю фантазии, а точнее её отсутствие. На самом деле фото сделано в Шанхае в чунцинском ресторане хого за нашим ужином во время одной из моих деловых поездок. Чунцин - это один из четырёх муниципалитетов центрального подчинения, крупнейший из них, с населением более 30 миллионов человек. В этом городе я несколько лет учился и работал и знаю его кухню не понаслышке. Выходцы из этого региона держат в различных районах Китая свои рестораны хого. Хого - по-китайски дословно означает "огненный котёл" или, даже правильнее, "котёл на огне", т.к. эта техника приготовления еды означает то, что на открытый огонь в углубление в центре особого стола ставится специальный котёл, который имеет десятки форм и напоминает что-то типа в диапазоне от вока до тазика, состоящего из одного или нескольких отделений, в которых налит однородный или разнородный по своему составу бульон. У нас этот тип готовки часто неверно называют "китайским самоваром" и банально коверкают китайскую транскрипцию. А в попытках открыть подобные заведения в России, и в частности в Нижнем Новгороде, вообще больше комического или даже трагического, так как за это берутся совершенно неподготовленные люди, которые не только неправильно называют сам способ приготовления, но и нарушают всю технологию, а вместо специальных ёмкостей пытаются использовать в ресторане банальные кастрюли, в которых мы борщ да щи варим. Смешно и грустно! Не лучше ли было такими вещами вместе со специалистами заниматься? Или хотя бы несколько консультаций взять, чтобы всё было близко к оригиналу? Ладно. Ещё несколько слов о приготовлении хого. В заранее приготовленный бульон (его существует более сотни разновидностей на мясе, рыбе, птице и т.п.) кладут тонко нарезанные ингредиенты (мясо, субпродукты, овощи, грибы и т.п.), варят от одной до нескольких минут (в зависимости от продукта, их можно положить вместе или по-очереди сразу несколько), а затем макают в разные соусы для придания вкуса и охлаждения и отправляют в рот. Чунцинская кухня считается самой острой в мире. И чунцинское хого тоже самое острое. Хотя встречаются и неострые, весьма безобидные варианты. Но лично я предпочитаю поострее. К сожалению, настоящего хого в Нижнем не попробуешь. Приходится периодически баловать себя либо во время поездок в Китай, либо делая хого прямо у себя дома.

Что касается имён собственных в статье. Вроде всё правильно, кроме опечаток. Одного из китайцев завут Янь Сянлун - так и надо везде читать, а не как в последнем абзаце.